В связи с выходом в Издательстве Московской Патриархии книги «Русский кантианец» автор книги священник Илия Кочуров, настоятель строящегося храма святителя Спиридона Тримифунтского в Фили-Давыдково, клирик храма Всех святых на Филевской пойме (Москва) дал интервью сайту www.rop.ru

Отец Илия, основой для книги «Русский кантианец» послужила ваша кандидатская диссертация, подготовленная и защищенная в стенах Московской духовной академии. Хотелось бы спросить: почему русская философия? и почему Введенский? Как произошел выбор темы?

Вы не поверите, но творчество Александра Ивановича Введенского я открыл для себя по ошибке. Я очень люблю русскую философию за высокий интеллектуальный полет и глубокие духовные переживания. Ведь практически вся русская философия — это напряженный религиозный поиск. Наблюдать за этим поиском невероятно интересно! Часто в нем находишь ответы на те вопросы, и порой весьма болезненные вопросы, которые долго казались неразрешимыми. Поэтому я никогда не мог равнодушно пройти мимо книги, на титуле которой красовалось бы имя Евгения Трубецкого, или Василия Розанова, или Виктора Несмелова, или протоиерея Василия Зеньковского... Как-то раз я перелистывал карточки в библиотечном каталоге и наткнулся на одну, где записана была книга под названием «Статьи по философии». Автором значился А.И. Введенский. Я ошибочно предположил, что это Алексей Иванович, профессор Московской духовной академии, в которой я тогда как раз и обучался. Я сразу же взял эту книгу, чтоб ее прочесть. Но как оказалось, то был сборник некоторых статей, написанных Александром Ивановичем, профессором Петербургского Императорского университета. Так произошла моя первая встреча с его творчеством. Первая, но далеко не последняя.

А как пришла идея сделать на основе диссертации книгу? Какова история ее появления?

Я был потрясен этим философом! Невероятная острота мысли, жесткость логики, тонкое понимание человеческой психологии и абсолютное преклонение перед чистой истиной — вот лишь первые впечатления, которые получил я от этого знакомства. Проглотив моментально «Статьи...», я бросился на поиски других произведений. Но тут пришлось натолкнуться на серьезную проблему: найти произведения Введенского было очень и очень сложно. Последний раз они издавались еще при жизни автора в 1924 году. Глубокий философский антагонизм его трудов по отношению к официальному атеизму не позволял им появляться на свет в советской России. И тут я понял, что это непростительная лакуна в философском знании! Интереснейший и ярчайший философ практически забыт, а его наследие на грани полной утраты. Так и родилась идея создания книги о философском наследии А.И. Введенского.

На какую целевую аудиторию рассчитана книга? Кому она будет наиболее интересна?

Книга в первую очередь будут интересна тем, кто серьезно интересуется историей русской философии. Ведь А.И. Введенский является одним из последних представителей того прекрасного поколения философов, к которому относятся и Федор Достоевский, и Владимир Соловьев, и священник Сергий Булгаков, и Василий Розанов. Философы того периода не только высказывали свои суждения, но и много дискутировали, порой жарко спорили. Взаимоотношения видных мыслителей, рождение новых идей, их обсуждение — все это мы найдем в книге. Но главное, что найдет читатель, –это яркие философские концепции самого Александра Ивановича. Ведь его особенно волновали вопросы бытия Божия, смысла жизни, свободы воли, бессмертия души, вопросы веры и знания и, главным образом, вопросы нравственности. Он сумел их критически осмыслить и блестяще изложить свой анализ. Поэтому книга может быть интересна весьма широкому кругу читателей.

Как часто бывает, проблема, которой долгое время занимаешься, становится ближе исследователю, особенно если речь идет о выдающемся человеке, личности. Кем для Вас сегодня является Александр Иванович Введенский? Что он Вам дал? Чему научил? Что вообще может дать Введенский мыслящему православному христианину?

Для меня Александр Иванович в первую очередь является учителем логики. Нет, не того формального учебного курса логики, а в широком смысле учителем правильного научно обоснованного мышления. Логика строга, как математика. Она не пропустит ни одного неверного суждения. А вот ее отсутствие порождает болезненный плюрализм. «Я так думаю», – таков сегодня зачастую аргумент в пользу многих лживых теорий. Логика мышления — это своего рода иммунитет в философии, который должен уничтожать вирусы лжетеорий и лженаук. Но сегодня этот иммунитет практически отсутствует. Люди, порой даже называющие себя громким именем ученых, разучились логически выверять свои суждения. А иногда это делается сознательно для введения в заблуждение аудитории, отупевшей от нескончаемой телевизионной атаки. Подобная же проблема стояла и в мировоззренческих суждениях современников Введенского. Он это болезненно переживал и очень много сделал для разработки правильного, критически проработанного мировоззрения. Мне как православному христианину и священнику философия Введенского открыла наиболее удобный подход к опровержению наукообразных выпадов против религии, дала инструмент для ведения дискуссий на мировоззренческие темы. Православие обладает абсолютной истиной, дарованной Самим Богом. А любое искажение истины обязательно будет нарушать логику.

Сегодня в церковном обществе зачастую имеет место предвзятое отношение к философии. Как Вы думаете, какую роль она играет в системе образования, например духовного, да и в обществе в целом?

А.И. Введенский дал очень правильное, на мой взгляд, определение философии. Это научно обоснованное мировоззрение. Научно обоснованное не в смысле привлечения новейших данных физики или химии, а в смысле критически проработанного мировоззрения. Мировоззрение — это не просто набор разнообразных знаний и взглядов, для мыслящего человека это цельная система, куда входят и человеческие знания, и человеческая вера. Философия помогает формировать мировоззрение, как вспомогательное средство она возводит человека на все более высокие ступени и духовного, и интеллектуального развития. Поэтому в системе образования, особенно светского, т.е. бездуховного, важно, чтобы изучение философии не сводилось к простой истории философских взглядов. Философия как образовательный предмет должна быть школой мышления, школой развития личности.

Хотелось бы услышать о Ваших дальнейших творческих планах.

Планов очень много, но жизнь приходского священника так устроена, что практически не оставляет места для реализации писательских замыслов. Очень хотелось бы сесть за чтение святоотеческих творений с целью провести анализ того, как отцы разных эпох и школ отвечали на те философские вопросы, которые поставлены в творчестве Введенского. Кроме того, я имею многолетний педагогический опыт. Хотелось бы и его отразить в методических разработках для православных школ.

Что вы можете пожелать нашим читателям, во-первых, как пастырь, во-вторых, как автор интересной книги?

Очень хотелось бы пожелать читать духовную литературу и умную литературу, которая будет возвышать дух, укреплять душу и развивать разум. Это ведь так интересно и увлекательно, куда лучше, чем убивать драгоценные часы и минуты, сидя перед экранами телевизоров.