Каталог

Это интересно

6854 Ладан. Казалось бы, что из применяемых в православном богослужении элементов может быть проще? Его запах сразу же встречает входящего в храм человека и почти всегда провожает православного христианина после отпевания в последний путь. Диаконы и священники кадят за каждым богослужением: на проскомидии и на великом входе, в начале великой вечерни и на стихирах «Господи, воззвах», на литии, на полиелее перед Евангелием, на «Честнейшей» в конце канона.

И всё же простота ладана обманчива! Оказывается, за несколько тысяч лет это вещество претерпевало множество любопытных трансформаций, а сегодняшние его вариации могут поставить пользователя в тупик. Каким проверенным рекомендациям следовать, чтобы избежать неразумной переплаты или приобретения некачественного ладана?  

Ливан — олибанум — ладан

Однако прежде чем приступить к сравнительному анализу используемых в нашей Церкви благовоний, сде лаем несколько важных замечаний. Несмотря на огромный исторический опыт применения ладана в богослужении на Руси, единства в употреблении связанных с этим процессом терминов до сих пор нет, а разночтения или не вольные ошибки в наименовании отдельных понятий приводят к досадным недоразумениям.

Исторически ладан возникает в ветхозаветные времена. Приход его сначала в культ, а затем в человеческую культуру связан с обычаем жертвоприношений, который люди стали практиковать почти сразу же после грехопадения Адама. Поначалу, скорее всего, это был просто ароматный «аккомпанемент», сопровождающий сожжение приносимых людьми Богу от трудов своих жертв. Но очень скоро Господь напрямую указал Своему на роду, какие благовония использовать при богослужении. Так, помимо пове ления Израилю приносить арома ты для благовонного курения (ср.: Исх. 25, 6) Бог заповедует Моисею сде лать кадильницы для стола с хлебами предложения (ср.: Исх. 25, 29) и жертвенник для приношения курения (ср.: Исх. 30, 1), а также указывает особый состав для священного курения ароматических веществ:

«И сказал Господь Моисею: возьми себе благовонных веществ: стакти, ониха, халвана душистого и чистого ливана, всего поровну, и сделай из них искусством составляющего масти курительный состав, стертый, чистый, святый, и истолки его мелко, и полагай его пред ковчегом откровения в скинии собрания, где Я буду открываться тебе: это будет святыня великая для вас; курения, сделанного по сему составу, не делайте себе: святынею да будет оно у тебя для Господа; кто  сделает подобное, чтобы курить им, /душа та /истребится из народа своего» (Исх. 30, 34–36).

Строго говоря, указанный здесь состав не совсем ладан в современном понимании, и скоро это станет ясно читателю. В наши дни приготовленный по библейскому рецеп ту фимиам стал «фигурантом» не обычного научного исследования1, предпринятого исследовательским коллективом Института химической физики им. Н.Н. Семенова (ИХФ) Российской академии наук. Сначала, впрочем, кратко опишем всю четверку его компонентов, по отдельности давно и хорошо изученную биолога ми. Стакти (стакте) — греческое название капель смолы стираксового дерева, по-русски зовущейся росным ладаном. Халван (гальбанум) — смола камеденосной ферулы — растения из семейства зонтичных, растущего преимущественно в Иране. Ониха — крышка створки обитающего в Красном море моллюска. Наконец, чистый ливан в данном случае — это смола босвеллии, редкого дерева из семейства брузеровых, растущего в Восточной Африке, Йемене и Сомали и, к сожалению, стремительно сокращающего свой ареал. По-латыни эта смола (говоря строже, ее камедь — высушенный и затвердевший душистый древесный сок) называется олибанум. «Слово это происходит из семитских языков, — замечает профессиональный ботаник диакон Алексий Сорокин, клирик храма Святителя Николая у Соломенной сторожки (Москва). — Общесемитский корень –lbn связан с белым (светлым) оттенком. Ведь смола босвеллии белая. В древнееврейском тексте Ветхого Завета встречаем слово lebona с тем же самым корнем, с которым связана и этимология страны Ливан: страна белых (снежных) гор».

Видимо, в фонетической похожести лежит причина широко распространенного современного заблуждения принимать за босвеллию ливанский кедр (из смолы которого тоже иногда делают ладан, однако в продаже он попадается реже), и наоборот. Еще сильнее запутывает ситуацию последнее звено в цепочке языковых заимствований — из греческого языка в славянские. В Византии, откуда, как известно, восточные славяне черпали источники православной веры, олибанум-ливан зовется ƛάδαυου — ладан. Так из-за лингвистических причуд ливан как вещество на Руси сначала стал ладоном, а потом и ладаном. И уже с развитием церковной жизни на Руси данный термин заметно трансформировался. Теперь в Церкви ладаном принято называть всё, чем кадят при богослужениях, не пользуясь при этом понятием «благовоние». Конечно же, это вовсе не означает, что в кадильницу помещен обязательно чистый ливан! Равно как не означает, что ладан изготовлен из смолы ливанского кедра. Наоборот, это как раз исключительный случай: сейчас природные популяции этого дерева, к сожалению, почти полностью истреблены.

Итак, ученые академического института, тщательно перемешав с чистым ливаном три остальных необходимых компонента, исследовали действие названного ими библейским ладаном состава на беспородных лабораторных крысах, предварительно зараженных так называемым искусственным перитонитом2 .

«Результаты оказались поистине удивительными, — рассказывает один из авторов работы старший научный сотрудник ИХФ РАН Сергей Стовбун.— Если в обеих контрольных группах к 11-м суткам эксперимента умерли все 20 животных, то в группах тех же серий, обработанных библейским ладаном, достоверно выжили четыре и пять из десяти особей соответственно».

По мнению ученых, это свидетельствует об антибактериальном и иммуномодулирующем действии дымов библейского ладана, что согласуется и хорошо дополняет предыдущие аналогичные обзоры3. То есть речь идет об эффектах, которые в медицине принято называть физиологическими! Московские ученые попытались проникнуть в природу этого явления и выяснили: практически все микрочастицы аэрозоля библейского ладана в диаметре не превышают микрона. «А это как раз значение порогового размера, за которым, согласно современным представлениям, начинается эффективное проникновение в альвеолы легких, — замечает Сергей Стовбун. — Более крупные частицы срываются с аэродинамических линий в области трахей и микротрахей, и эффективность ингаляций существенно снижается».

Наследство волхвов

Прообразовавшее собой благоухание Христова подвига каждение столь приятно Богу, что в Ветхом Завете Моисей каждением фимиама остановил гнев Божий на Израиль за непослушание (ср.: Чис. 16, 46–48; Прем. 18, 21). Сейчас символика этого богослужебного действия, конечно, иная, да и пользоваться ладаном можно уже не только в святая святых, но и всюду, где возносится людская молитва к Богу. «Кадило Тебе приносим, Христе Боже наш, в воню благоухания духовнаго, еже прием в пренебесный Твой жертвенник, возниспосли нам благодать Пресвятаго Твоего Духа», — говорится в молитве, которой священник или архиерей благословляет кадило. Новозаветная же символика ладана начинается буквально с самого появления на свет Спасителя, когда пришедшие поклониться Младенцу волхвы принесли в дар ему золото (как Царю), ладан (как Богу) и смирну (как Человеку, Которому предуготовано принять страдание).

По церковному преданию, второй дар преподнес святой царь Валтасар, и чудесным образом тот до настоящего времени сохранился. Но на фотографии из афонского монастыря святого Павла видны лишь золотые пластины и небольшие шарики. С золотом всё понятно, а вот другое — ладан ли это? И да, и… нет. Как гласит афонское предание, чтобы сберечь Божественный аромат на века, смолу ливанского кедра измельчили, смешали со смирной — ароматическим маслом — и скатали в шарики, которые сохранили свой запах до настоящего момента. Это и есть прообраз подлинного афонского ладана — того, что считается образцом в Православной Церкви всего мира до сих пор.

От молитвы до контрабанды

Именно по этому образцу ладан в привычном для нас смысле наАфоне делают уже несколько веков. По преданию, первый ладан в монастыре святого Павла изготовили в XVII веке. Со временем данный обычай распространился на всю Православную Церковь, и теперь любая разновидность классического ладана содержит два главных компонента: смолу и ароматическое масло. Общая производственная рецептура проста: измельченная смола в ступке смешивается с ароматизатором (примерно 150 г на килограмм смолы), размешивается до получения тестообразной массы, отстаивается, потом раскатывается и нарезается на «колбаски». Но, как и в любом древнем ремесле, в изготовлении ладана масса секретов, нюансов итонкостей, которые отнюдь не исчерпываются точным соотношением компонентов и соблюдением технологических условий.

«Главный секрет афонского ладана — молитва, — говорит директор Центра православных искусств «Русский Афон» Леонид Ежов. — В скиту Буразери сербского монастыря Хиландар (бывшем русском скиту Белозерка) ладан делает вся братия во время малого повечерия, в других обителях это послушание нескольких монахов. Но неизменно эту работу сопровождает молитва, наполняющая ладан особой монашеской благодатью. Особенно это видно по ладану скита святой Анны, самого близкого к вершине Святой горы. После прибытия на корабле до скитского причала смола и масла на мулах поднимаются по горным тропам на высоту Останкинской башни. Свежеприготовленный ладан выдерживается в течение двух недель, упаковывается и отправляется по обратному маршруту: мулы, корабль, автомашина. Всё это делает подлин- ный афонский ладан дорогим и ред ким. Ведь производится он вручную, и в день монахи могут произвести лишь несколько килограммов ладана. Не забывайте еще про трудности таможенного оформления из-за особого статуса афонской территории».

В России цивилизованному рынку ладана еще предстоит сложиться. Это подтверждают и беседы с представителями крупнейших предприятий, реализующих товар в Москве. Словно сговорившись, они упорно отказываются сравнить продукцию различных производителей или хотя бы выде лить сильные стороны того или иного поставщика. Объясняют это нежеланием ссориться: одни — с друзьямиконкурентами, другие — с «автора ми» ладана, к качеству которого есть претензии.

«Можете представить себе, что было два десятка лет назад, когда в нашу страну хлынул поток “афонского” ладана весьма сомнительного качества,— комментирует Ежов.— Пользуясь тем, что отличить подлинную продукцию от подделок в то время могли очень немногие российские церковнослужители, за афонский выдавали лю бой зарубежный ладан, что дискре дитировало марку Афона. Долго так продолжаться не могло, и Русский на Афоне Свято-Пантелеимонов монастырь благословил нашу компанию на поставку в Россию ладана и другой греческой утвари. Около полутора десятков лет назад мы, серьезно исследовав потребности наших приходов и возможности афонских и греческих производителей, выработали общие стандарты для легального импорта из Греции в Россию. Если говорить об афонском ладане, наибольшие традиции его изготовления имеют скиты святой Анны и Буразери, а лучше все го производство организовано в Вато педском монастыре. Себестоимость килограмма натуральной смолы сей час около семи евро, ароматических масел — от 30 до 200 евро (для самых дорогих натуральных компонентов). Поэтому цена афонского ладана дости гает 30–35 евро, а при использовании натуральных ароматизаторов высшего качества— 50 евро за килограмм. Греческий же ладан делают в небольших семейных мастерских по той же тех нологии — но уже не вручную, а с ис пользованием специальных миксеров и станков, что снижает стоимость. Изучив технологию изготовления ладана и потребности наших приходов, мы разработали ассортимент ладана по ароматам и сортам (келейный, ал тарный, архиерейский, патриарший), затем совместно с греческими производителями определили стандарты для каждого сорта (качество смолы, количество ароматических масел и их качество, ароматы). Это позволило нам получить как стабильный уровень качества для каждого сорта, так иширокий ассортимент поароматам».

Правда, это не спасает от контрафакта. «Недавно мне предложили афонский ладан поцене греческого,— возмущается собеседник.— Посмотрел коробку: грубая подделка и никаких опознавательных знаков. В Москве люди более или менее опытные, зна ют, как выглядит подлинная упаковка. Но ведь такой ладан распространяется по всей России неизвестными дель цами на микроавтобусах! По нашим сведениям, он ввозится к нам контрабандой с Украины, где его делают сиспользованием канифоли иднепродзержинской каменноугольной смолы. Нас такая практика поставила в тупик! Это беспрецедентное святотатство, всё равно чтоподделка пробы золота. Подделывают, к сожалению, и греческий ладан. В этих условиях единственный совет для оптовых и мелкооптовых покупателей — работать лишь с проверенными поставщиками. А если хочется самому привезти афонский ладан изпаломничества, лучше покупать его не в магазинах в Кареасе или в Дафни, апрямо вмонастырских лавках: тамон дешевле и надежного качества».

Handmade: чем натуральнее, тем дороже

«К счастью, ладан — расходный материал, и каждый покупатель в состоянии проверить ту или иную продук цию на себе, — замечает заместитель генерального директора магазина «Православное слово» (Москва, ул. Пятницкая, 51) Александр Владимиров. — Прежде чем взять на реализацию крупную партию нового производителя или нового сорта, мы тоже проводим контрольные испытания. Если можно так выразиться, устраиваем коллективные дегустации: вдыхаем аромат ладана, а затем обмениваемся впечатлениями».

Тесты тестами, но что именно тестировать? Балльной системы оценки ладанного аромата, подобно действующим в чайном, винно-водочном илита бачном производствах, не существует, иэто еще один довод впользу аргумента онеразвитости рынка. Тем не менее коллективными усилиями в процессе подготовки этого материала удалось сформулировать основные критерии припроверке качества ладана. Мы свели их в таблицу, которую приводим ниже. Из наиболее зарекомендовавших себя отечественных производителей ладана чаще всего упоминаются рязанское подворье столичного Свято-Данилова ставропигиального мужского монастыря и художественно-произ водственное предприятие (ХПП) «Софрино». У них совершенно различная история и обусловленная ею производственная идеология, поэтому и продукция попадает, так сказать, в разные весовые категории.

Данилов монастырь — пример того, как придолжной мотивации и усердии за достаточно короткий срок можно перенять зарубежную технологию и привить ее на свою почву. «Учиться у греческих коллег производству ладана вручную мы начали около десяти лет назад, — вспоминает иеродиакон Варнава (Шевцов). — В основном постигали секреты мастерства в Воскресенском монастыре города Лутраки под Афинами. На подбор надежных поставщиков смолы ушла пара лет, еще примерно столько же времени понадобилось, чтобы выстроить отношения с зарубежными парфюмерами. В результате интенсивных и плодотворных контактов с производителями ароматических масел из Франции и немецкого Гамбурга оформились две линии продукции. Обычный ладан идет под маркой “Даниловский” (его у нас около четырех десятков сортов), а тот, что качественнее и дороже, — “Синайский”».

Софринский же ладан — наследие той тяжелой для Церкви эпохи, когда импорт натуральных компонентов был невозможен, а секреты кустарного производства уходили вместе с их обладателями в вечность. В образованных после Великой Отечественной войны производственных мастерских Московской Патриархии выбирать было не из чего: единственной доступной впромышленных объемах смолой была сосновая живица. Ладан именной с ней (поставщик — Вологодский лесохимический завод) до сих пор и выпускают в Софрине. «С контрафактом пока напрямую не сталкивались, хотя однажды попробовали смолу как раз с Украины— оказалась очень плохой, — рассказывает заведующий цехом ХПП «Софрино» Иван Соловьев. — Предпринимались попытки перейти на сибирский кедр. Но оказалось, что подсеченная для истечения смолы сосна на несколько лет перестает давать урожай (знаменитые орешки) и лесные хозяйства несут из-за этого колоссальные убытки. Цена ладана, рассчитанная с учетом упущенной из-за исчезновения орешков прибыли, получалась поистине космической».

По той же причине не используют пока в Софрине и натуральные ароматические масла. Впрочем, в сочетании с сосновой живицей и с обыкновенным мелом (играющим роль своеобразной муки в тесте, предохраняющей гранулы от взаимного слипания) натуральная отдушка как несоразмерно дорогая, вероятно, воспринималась бы неестественно.

Компоненты: история с географией, или Поле для творчества

Однако приобретать готовый ладан совершенно необязательно. До революции весь «серьезный» промышленный ладан в Россию ввозился из Греции, остальное же делалось на месте кустарным способом. Сейчас по сравнению с теми временами гамма как смол, так и ароматизаторов гораздо шире.

Самым примитивным рецептам из разряда народного творчества не один десяток лет. Так, в первом номере «Журнала Московской Патриархии» за 1946 год епископ Волынский и Ровенский Николай (Чуфаровский; †1967) приводит следующий способ.

«Взять железную кастрюлю вместимостю 2 л. Всыпать 1 кг канифоли, 50 г воска и на медленном огне варить до тех пор, пока вся масса не сделается жидкой. Взять лист изжести илифанеры, насыпать алебастра 400 г исделать из этого алебастра круг; когда будет готова жидкость, влить 15 капель розового масла, разведенного в 1см3 спирта. Вливая масло со спиртом в горячую жидкость, нужно быстро помешивать. Когда жидкость готова, вылить ее в круг из алебастра не сразу, а постепенно и двумя железными ножами смешивать жидкость с алебастром, так как она быстро стынет. Когда жидкость будет готова, вынести лист на холод. Когда же смесь окаменеет, внести в комнату, ударить с обратной стороны молотком, и ладан отделится от листа, разбить на куски ипаковать».

Сегодня такая технология, вероятно, может вызвать улыбку. Однако, как признаются на специальных интернет-форумах священники, с некоторой поправкой на современные материалы и приспособления он вполне годится. У некоторых церковнои священнослужителей, заинтересовавшихся ладанными технологией и рецептурой, эта стезя превращается едва ли не в главное дело жизни. Так, к примеру, случилось с протоиереем Андреем Григорьевым, настоятелем московского храма великомученицы Ирины в Покровском. Невинное увлечение семинариста-алтарника выросло всерьезное профессиональное занятие, оформившееся в виде приходской аромолаборатории, где создается собственный бренд — Ирининский ладан.

«Теорию я постигал у лучших профессионалов Москвы — специалистов Научно-исследовательского института душистых веществ (ныне, увы, ликвидированного), — вспоминает отец Андрей. — Сейчас мы временно свернули опытное производство, хотя на заказ ладан по-прежнему выпускаем. Я сторонник стопроцентно натуральных компонентов. Дело в том, что как священник могу сказать: любая синтетика со временем сказывается на здоровье. Мы служим в основном “на горле”, и ненатуральные примеси в ладане неминуемо отражаются на связках».

К чему приводит кропотливое следование «натуральному» принципу, видно вприводимой ниже сравнительной ценовой таблице. Ирининский ладан на порядок (!) дороже промышленного и в несколько раз — ручного, в котором представлены искусственные ароматизаторы.

По словам священника, лично перепробовавшего сотни разновидностей и вариаций ладана, наилучшие смолы для его приготовления получаются из оманской босвеллии. Афонский ладан собеседник недолюбливает: большинство келлиотов использует для его приготовления эфиопский олибанум. «Дело в том, что в эфиопской и суданской смолах повышенное содержание камеди — твердой фракции, которая при сгорании дает много дыма и гари, — рассказывает отец Андрей Григорьев. — Основная масса олибанума сейчас добывается в Сомали, где он несколько дороже и качественнее. Еще лучше олибанум в Омане. Там его разрешается добывать в единственном месте наплато Дофар— в так называемой священной роще возле местечка Салала. Наилучший же на земле, пожалуй, йеменский ладан. Но это дикая страна. Без вооруженной охраны и местных проводников там, в отличие от Омана, передвигаться нельзя».

Помимо места произрастания деревьев на качество олибанума непо средственным образом влияет и сам метод его сбора. Состоит он в следующем. На дереве делают зарубки, после чего сок поднимается по стволу и вытекает наружу. Когда рана затягивается, засохшую смолу собирают с дерева и с земли, попутно разделяя ее на два сорта: «отборный» и «обыкновенный». Отборный ладан — это крупные круглые или продолговатые куски с восковым блеском, при расти рании обращающиеся в белый поро шок. Обыкновенный ладан — кусочки поменьше и потемней. Крупные капли и наросты смолы, по словам отца Андрея Григорьева, образуют ся на стволе и на крупных ветвях деревьев, в них больше всего легких эфирных масел. В мелких же каплях, наоборот, максимально содержание твердой камеди, для благовоний они пригодны слабо.

Из экзотических компонентов ладана отец Андрей Григорьев сове тует остановить выбор на частичках коры босвеллии с камбием и смолой: «В арабских странах разрешается со скабливать камбий только со старых деревьев, непригодных для подсечки через надрезы. После сбора камбия дерево сжигают, а пропитанные аро матным соком или смолой чешуйки высушивают прямо на земле. Из них изготавливают бахур (ароматную смесь) для воскурений или использу ют их как самостоятельное аромати ческое благовоние».

На прощание отец Андрей приготовил для меня сюрприз. «Арабы самый дорогой олибанум не используют для воскуривания: он у них вместо зубной пасты. На Ближнем Востоке жаркий и влажный климат, и местные жители подолгу держат гранулу олибанума во рту для дезинфекции. Не желаете попробовать?» Я попробовал. Вкус специфический. 

 

Три главных субъективных критерия выбора качественного ладана:

На что обращать внимание при опытном воскуривании тестируемого образца

1. Быстрота возникновения, стабильность и качество аромата в начальной и в основной стадиях каждения

Когда гранула ладана еще почти целая, ощущаемый при каждении запах формируют в основном содержащиеся в смоле легкие эфирные масла и ароматизаторы.

2. Запах при окончании каждения и после него

За этот параметр отвечает в основном камедь — твердая фракция высушенной смолы. Ее запах, как правило, имеет характерный угарный привкус и гораздо менее приятен для человеческого обоняния по сравнению с указанным в п. 1 (кроме того, его сопровождает значительное выделение дыма и гари). Поэтому его обязательно следует принимать во внимание.

3. Термомеханическая стабильность гранулы

Наилучшим ладаном считается такой, который немного растекается на угле (при этом ни в коем случае не тушит его), а после сгорания образует корочку и легко удаляется соскабливанием.

Словарь используемых терминов

Босвеллия (Boswellia) — дерево семейства Брузеровые (Burseraceae). Произрастает в пустынях Аравии и Восточной Африки. Для сбора олибанума используется в основном вид Boswellia carteri.

Кедр ливанский (Cedrus libani) — хвойное растение семейства Сосновые (Pinaceae). Природная популяция практически полностью истреблена со времен опустошения Палестины. В настоящее время плантации подлинного ливанского кедра сохранились в Сирии и в Ливане (в этой стране подсечка стволов для добычи смолы запрещена). Смола ливанского кедра относится к одному из древнейших натуральных благовоний, используется как компонент в производстве некоторых сортов ладана.

Олибанум (Olibanum) — высушенная смола дерева босвеллия, произрастающего в пустынях Аравии и Восточной Африки — круглые или продолговатые капельки желто-янтарного цвета.

Росный ладан — смола стираксового дерева видов Styrax benzoin и Styrax tonkinensis, растущего в Таиланде, Лаосе, Камбодже, Китае и Вьетнаме (светло-коричневая масса с ароматом ванильного бальзама).

Ливан (чистый ливан) — в современном смысле собирательное понятие, включающее в себя смолы Олибанум и Росный ладан.

Дмитрий Анохин

Печатается по: Журнал Московской Патриархии.


17.04.2013 15:04/читать дальше...

Уголь: от лозы до березы

Кадильный уголь и кадило обычно рассматриваются как сугубо вспомогательные элементы богослужения, вероятно, оттого, что мы редко задумываемся о таинственном смысле и мистическом значении каждения. Между тем углю горящему в молитвах часто уподобляются Тело и Кровь Христовы, по толкованию же святых отцов огонь как вещество сожигающее (очищающее) изображает собою Божество: Бог наш есть огнь поядаяй (Евр. 12, 29) и Бог есть свет (1 Ин. 1, 5). Именно как Богу всего сущего волхвы преподнесли Младенцу Христу ладан. Приемлемые Христом молитвы в соединении с ладаном, кадильными углями и огнем превращаются в благоухающий фимиам, означающий сокровенные молитвенные искренность и чистоту: Мы Христово благоухание Богу (2 Кор. 2, 15). Здесь же можно вспомнить и о явленных Иоанну Богослову фиалах златых, полных фимиама, которые суть молитвы святых (ср.: Откр. 5, 8).

К счастью или к сожалению, спектр кадильного угля гораздо у´же по сравнению с доступной палитрой ладана или натуральных ароматических смол. Объясняется это тем, что калиброванный под геометрические размеры кадильницы древесный уголь — это прошедшая процедуру термического отжига (нагревания до обугливания без доступа кислорода) обыкновенная древесина. Вариации минимальны: в западном мире обычно используют твердолиственные породы деревьев, у нас — березу, на Афоне — виноградную лозу.

В крайнем случае в кадило можно помещать даже исходное сырье, например древесный березовый уголь. Он продается в супермаркетах как первейший аксессуар для шашлыков. Стоит он там недорого: 75 рублей за 2,5-килограммовую упаковку или 40 рублей за 10 литров, что в пересчете дает примерно 30-рублевую цену килограмма. Но использовать необработанное сырье в кадиле неудобно — в первую очередь из-за хаотического, не «подогнанного» под кадильную чашу размера частиц. «Мы получаем березовые угли в больших холщовых мешках, — объясняет начальник цеха по изготовлению изделий из пластмасс художественно-промышленного предприятия (ХПП) «Софрино» Русской Православной Церкви Любовь Виноградова. — Потом дробим его в пудру и помещаем в формовочный станок. На выходе получаются стандартные таблетки диаметром 30 и 40 миллиметров, которые удобно использовать в кадильной чаше».

Часто при прессовке в березовый кадильный уголь добавляют стабилизатор — клейкую связующую органику, которая помогает готовой таблетке держать форму. «Обычно в ее качестве выступает крахмал или другое сахаросодержащее вещество», — уточняет генеральный директор мастерской церковной утвари «Колокол» Михаил Кузьмин. Среди экзотических вариантов кадильного угля можно упомянуть изредка попадающиеся в продаже образцы с ароматическими наполнителями. Иногда в качестве последних применяются ароматические масла наподобие стандартных компонентов ладана, о которых мы подробно говорили в прошлой публикации. В любом случае не следует при оценке качества угля пренебрегать его запахом в момент разжигания: сам ладан на этой стадии еще холодный, поэтому доминирует именно угольный аромат.

Измельчение, прессовка и придание готовой формы удорожают материал втрое-вчетверо, но это если говорить об отечественном угле. Удельная же цена грамма кадильного угля, ввозимого из Греции и реализуемого в России в розницу, выше еще примерно вдвое. Другое дело, что вместо березы там, как упоминалось выше, используют ввозимые с Балкан партии твердолиственных пород. «А на Афоне кадильный уголь по традиции делают из выжимок, образующихся при производстве виноградного сока,— рассказывает директор Центра православных ремесел «Русский Афон» Леонид Ежов. — Его измельчают и просто насыпают в кацею или кадило. Он легко зажигается от спички и не содержит примесей. Но такой уголь монахи делают только для себя».

«У греческого угля нет посторонних запахов», — говорит заведующий производством ладана московского Свято-Данилова ставропигиального мужского монастыря иеродиакон Варнава (Шевцов). Разделяет это мнение и диакон храма Благовещения Пресвятой Богородицы в Федосьине (столичный район Ново-Переделкино) Игорь Алексеев: «Греческий уголь лучше всего, а российские сорта почему-то выделяют мелкодисперсную гарь, которая оседает на стенах храма. Правда, греки добавляют немного селитры, поэтому их уголь при поджиге пахнет не очень приятно». А вот настоятель московского храма великомученицы Ирины в Покровском протоиерей Андрей Григорьев одним из лучших и проверенных временем считает уголь для кальянов: «Хорошо спрессованный, он выпускается без дополнительных добавок и долго держит тепло. Неплохо зарекомендовал себя польский, на нем так и написано: “Для кальяна и для применения в церкви”». Еще польский уголь привлекателен своей вакуумной упаковкой, эффективно защищающей таблетки от влаги и сырости (в России аналог выпускает только «Русский Афон»).

Всё сказанное выше касается обычного угля, раскаливаемого перед применением на электроплитке. Присутствует в продаже и быстроразжигаемый уголь, который для разогрева до рабочей температуры достаточно подержать несколько секунд над пламенем обычной зажигалки. Им ни в коем случае не рекомендуется пользоваться в закрытом помещении, в том числе в храме. Содержащий сильный окислитель (как правило, селитру), этот уголь предназначен в основном для каждения на открытом воздухе (например, во время панихиды на кладбище, где он буквально незаменим при сильном ветре). Как и обычный уголь, быстроразжигаемый выпускается в различных типоразмерах (диаметр таблетки от 25 до 40 мм), которые подходят под все «калибры» применяемых в настоящее время кадил. Удельная цена быстроразжигаемого угля примерно такая же, как и обычного.

Кадила: филигранные традиции

Если горящие угли символизируют Господа Иисуса Христа, то кадильница, как и потир, — вместилище Невместимого, Богородицу и Приснодеву Марию. Именно поэтому во многих молитвах Богоматерь именуется кадилом благовонным, произведшим истинное благоухание — Христа. При совершении Литургии архиерейским чином по поставлении Даров предложения на престоле при пении Херувимской песни сослужащие священники произносят: «Дух Святый найдет на вас и сила Вышняго осенит вас». Архиерей же отвечает: «Той же Дух содействует нам вся дни живота нашего».

В древности кадило несколько отличалось от современного: лишенное цепочек, оно представляло собой сосуд с рукоятью для переноски (а иногда и без нее). Назывался такой сосуд кацией (кацеей). О «кации — вещи церковной» упоминает русская летопись 1146 года, в древнехристианской археологии изображения кадила и кации встречаются гораздо раньше.

Классическое современное кадило состоит из двух сферических половин (см. схему). Верхняя половина — иорданка — в закрытом положении покоится на нижней в качестве крышки, поднимающейся и опускающейся при помощи рабочей (центральной) цепочки. Нижняя половина исполняется в форме чаши, куда в медную пиалувкладыш помещаются раскаленные угли. Иорданка обычно декорируется стилизованным изображением церковной кровли с увенчанными крестами одним, тремя или пятью куполами. На центральном (или на единственном) кресте имеется кольцо, к которому прикрепляется рабочая цепочка. Это кольцо также называется рабочим. Над иорданкой рабочая цепочка свободно проходит в отверстие круглой или сферической бляшки с широким неподвижным кольцом в середине, за которое подвешивается или удерживается кадило в процессе каждения. Неподвижно к этой бляшке прикреплены верхние концы трех других цепочек, свободно проходящих через кольца по бокам иорданки. Боковые цепочки — вспомогательные, они предотвращают запутывание рабочей цепочки и опрокидывание кадила при каждении. Их нижние концы закреплены на чаше.

Подобная конструкция позволяет иорданке, поднимаясь и опускаясь под действием рабочей цепочки, легко скользить своими боковыми кольцами по трем боковым цепочкам и не терять при этом устойчивости. Важный компонент кадила — позвонцы (звонцы, бубенцы). Это шарики с вложенными в них металлическими ядрами, которые мелодично звенят во время каждения. Позвонцы обычно крепятся симметрично в боковых кольцах и на цепочках, а иногда еще и под основанием нижней половины — так, чтобы их общее число составляло дюжину. Кстати, их крепеж — первое на что следует обратить внимание при выборе товара (сборно-разборные соединение предпочтительнее пайки). В основном современные кадила изготавливаются из латуни (сплава меди и цинка). Как правило, в коммерческих предложениях фирм-производителей содержится опция серебрения или золочения поверхности. В промышленных масштабах в России в изготовлении кадил у ХПП «Софрино» конкурентов нет. «Объясняется это большим набором разноплановых и крайне трудоемких процедур, которые необходимо выполнить вручную при работе над каждым кадилом, — говорит начальник цеха церковной утвари предприятия Сергей Маранов. — Перечислю только основные из них, без которых не обойтись: давильные работы по металлическому листу, штамповка, чеканка, гальваника, полировка. Получается многозатратное производство, в котором кустарям конкурировать с цеховой организацией труда принципиально невозможно. Когда я пришел на наше предприятие, в ассортименте значилось три-четыре разновидности кадил. Сейчас их около десятка, и мы продолжаем разрабатывать новинки». Спектр возможных вариаций рассчитан на любой кошелек. Самое дешевое латунное софринское кадило (оно называется малым круглым) без позвонцов продается здесь за 1200 рублей. Самое дорогое серебряное— круглое с фигурной чеканкой, изготавливаемое на заказ, — за 144 800 рублей. Внутри этого ценового диапазона, простирающегося более чем на два порядка величин, — невероятное разнообразие форм, размеров и украшений. Позолоченное малое круглое кадило стоит 1900 рублей; снабженное позвонцами — 2300 рублей. Дальнейшие главные этапы удорожания связаны с чеканкой, украшением кадила эмалью и присутствием в нем драгоценных металлов. Так, архиерейские позолоченные кадила с чеканкой в зависимости от диаметра идут за 7600–9200 рублей, золоченое круглое кадило с эмалью — за 20 100 рублей. Есть еще специфический декор, именуемый филигранью. Вернее, это даже не декор, а целая технология, позволяющая получать при помощи дюралюминиевой формы«болванки» напаянный узор из тонкой проволоки, словно бы сотканный из сложной паутины. Филигранные кадила — это десятки тысяч рублей, ну а серебряные, как уже говорилось, могут стоить более ста тысяч.

Как очень дорогой подарок можно заказать и золотое кадило. Но это будет уже скорее самоценное ювелирное изделие, богослужебное предназначение которого окажется в тени драгоценного металла, из которого оно создано. Кроме того, золотыми кадилами в повседневном обиходе пользоваться не принято, не в последнюю очередь из-за высокой плотности этого металла. «К тому же считается, что золото — металл архиерейский, да и звенит оно хуже серебра, — говорит протоиерей Андрей Григорьев. — Давно мечтаю о серебряном кадиле, но это дорогое удовольствие: даже московскому протоиерею не по карману. Так что пока пользуюсь жестяным кадилом, удачно купленным несколько лет назад за 7000 рублей с рук на Вернисаже в Измайлове. Продавец не смог сказать ничего определенного о его истории. Думаю, вещь дореволюционная; во всяком случае на современные типовые изделия она не похожа ни размером, ни качеством исполнения».

Наши или заморские?

«В России есть также несколько мелких кустарных предприятий, изготавливающих кадила, — говорит заведующий отделом церковной утвари Издательства Московской Патриархии Олег Скрябин. — Но Софрину они не составляют конкуренцию ни по объемам производства, ни по качеству исполнения. Единственная же страна, откуда Россия в серьезных масштабах импортирует кадила — Греция».

Греческие кадила также рассчитаны на любой вкус. Но ассортимент здесь значительно шире софринского: только латунных кадил с ручной чеканкой греки выпускают свыше полусотни разновидностей, а еще они могут быть позолоченные и посеребренные. Кроме того, тамошние ювелиры делают множество подарочных кадил из драгметаллов с ювелирными украшениями.

«Дополняя софринский ассортимент, мы заботимся в первую очередь не об отечественном производителе, а об отечественном потребителе, — не без доли юмора замечает Леонид Ежов. — Греческие производители работают в условиях жесткой конкуренции и имеют большой опыт, а к трудоемким операциям зачастую привлекают грузинских и болгарских мастеров. Поэтому их кадила дешевле и интереснее. А в последние годы греческие фирмы запустили производственные площадки в Индии. Их продукция даже дешевле греческой при вполне приемлемом качестве».

В московском магазине «Русский Афон» позолоченное 30-сантиметровое кадило «Афон» с эмалевыми вставками сейчас предлагает почти за 8000 рублей, а позолоченное «Праздничное» с эмалью в зависимости от диаметра — за 18,4–22,7 тыс. рублей (заказчикам от храмов и приходов здесь предоставляют 10–30-процентную скидку).

Говоря об объективных критериях качества кадила, можно ограничиться толщиной стенки чаши. Слишком тонкие неудобны: жар будет доставлять ощутимый дискомфорт. «Кадило — вещь сугубо индивидуальная, тут кому что нравится, — подводит итог диакон Игорь Алексеев. — У каждого священнослужителя есть свои субъективные предпочтения и привычки, а лучшие советчики в выборе кадила — личный опыт и, разумеется, наличие финансовых средств. Я, к примеру, сталкивался со следующим неудобством: в чашах отечественных кадил ладан при каждении скатывается с угля — изволь разжигать по-новому. В греческих же такого конфуза не было ни разу. Но греческие кадила в массе своей проще, а наши традиционно рассчитаны на торжественность, праздничность богослужения». Вкладывая же благовонные кусочки в горящее кадило, нужно помнить: главная задача в жизни христианина — принести в жертву Богу благоухание нашей жизни и жар нашей неугасающей молитвы и пламенной любви. Именно это и будет лучшим ароматом, веселящим и Бога, и наших ближних.

Дмитрий Анохин


30.05.2013 12:01/читать дальше...
Православная книга XXI века

Перспективы и тенденции книгоиздания и книгораспространения

До сих пор о проблемах православного книгоиздания на страницах нашего журнала размышляли только авторы и издатели книг, а мнение распространителей духовной литературы оставалось «за кадром». Между тем, в Издательстве Московской Патриархии есть крупный центр реализации книжной продукции. Каковы тенденции в современном книгоиздании и распространении, как решить проблему создания собственной книготорговой сети в городах, где закрылись все книжные магазины, есть ли перспективы у электронной книги? На эти и другие вопросы отвечает начальник отдела реализации Издательства Московской Патриархии Андрей Осипов.

jmp_03_2014_small-96

Магазин как духовно-культурный центр

— Андрей Владимирович, как вы видите задачи распространения церковной литературы? Всё ли благополучно?

— Одна из проблем, может быть главная, — это отсутствие у нас церковной сети распространения, в которой было бы представлено максимальное количество издаваемых книг. Каждый, кто занимается распространением православной литературы, понимает, что храмы, небольшие книжные церковные лавки и киоски — это «узкое горло», неспособное реализовать весь объём печатной литературы, выпускаемой православными издательствами сегодня. А это до трех тысяч наименований в год. 1990-е годы, когда обычным ассортиментом для православного киоска было 50–100 позиций, давно прошли. И сейчас невозможно продавать православную литературу на двух столиках где-то под колокольней. Книг стало больше. Представить их во всей широте и полноте можно, только создав систему распространения православной литературы. Я представляю это себе в виде полномасштабных широкоформатных церковных магазинов в каждом епархиальном центре с современным типом ведения и организации книжной торговли площадью 200–250 м2 , где можно купить книги всех православных издательств страны. Не только столичные, но и региональные, учитывающие местный компонент и колорит. Одновременно это будет и поддержкой местного книгоиздания. Типичный пример такого магазина — наш московский магазин «Православная книга» (ул. Погодинская, 18), где одновременно представлено порядка пяти — семи тысяч позиций православной литературы. Такой ассортимент не способен вместить ни один храм с его маленькими площадями.

И эти магазины не должны ограничиваться только богословской и богослужебной литературой или имеющей грифы Издательского совета Русской Православной Церкви. Они могут включать в себя и русскую классическую литературу, русскую религиозную литературу, филологию, психологию, церковную и не церковную историю, представлять русскую мысль во всей её полноте. К слову, русская классика практически вся религиозна и тоже должна быть там представлена. Допустим, таких книг может быть не более трети, но они могут оказаться востребованы широкой мыслящей публикой, в том числе и семинаристами. Там может продаваться и иностранная литература, и, может быть, даже написанная авторами иной конфессии. Например, библеистика протестантских авторов, на которых никогда не поставят гриф Издательского совета. Русская культура в свечной ящик не помещается, она шире его. Хотя совершенно понятна опека Церкви — люди, приходящие в храм, должны найти там подлинную церковную литературу. Но иное дело магазин.

Кроме того, у такого магазина есть и миссионерская функция, ведь он работает не только с воцерковленными людьми, но и с теми, кто на пути к храму.

Кто же тогда, как не мы, церковные издательства, должны создать такую сеть распространения? Такие магазины — миссионерское пространство, где могут быть пограничные издания и темы. Кроме того, такой магазин должен стать духовно-просветительским центром, где проходят выставки, встречи с местными писателями, отмечаются какие-то праздники, например День православной книги. И как ещё о себе заявить местным авторам, если не в магазинах книги! Только так их книги могут попасть на полки и найти свою читательскую аудиторию. А в перспективе такие епархиальные книжные магазины можно объединить в сеть по распространению православной литературы, в первую очередь в Санкт-Петербурге, Екатеринбурге, Воронеже, Ростове-на-Дону, Новосибирске. Это задача ближайших лет. Такая сеть будет иметь единые стандарты, общий подход к формированию ассортимента, систему отчетности. Издательство Московской Патриархии готово приложить к этому все усилия.

— Где-то уже такая система работает, отлажена?

— Да, мы отладили её в 2009 году, открыв ещё один магазин в сети «Православная книга». Задачей было показать, что сетевая структура распространения вполне возможна. И если мы это сделали в Москве, почему это невозможно в том же Екатеринбурге? Её преимущества в том, что она включает контролируемый товарооборот с обратной связью, когда менеджер в Москве хорошо представляет, что происходит в книжных магазинах Новосибирска, Ростова или Иркутска в режиме онлайн. Он отслеживает и формирует их ассортимент. И частью такой сети могут быть и интернет-продажи. Если же магазин частный и мы поставляем туда товар, то отследить, что дальше происходит с книгой, невозможно, ибо с конкретным потребителем товара мы не работаем. Мы никогда не узнаем, нашла наша книга своего читателя или нет.

Действующих книжных магазинов в России сегодня несопоставимо меньше, чем в Советском Союзе, и в десять раз меньше на человека, чем в Великобритании, Франции или Германии. Мы видим, что их число продолжает сокращаться, они уходят из нашей жизни.

И пока мы находимся на стадии развития церковных магазинов, православные храмы в малых городах со своими приходскими библиотеками остаются единственными островками книжной культуры. И задача-минимум — развивать эти приходские библиотеки. И, конечно, нужно, чтобы они пополнялись новинками книжной продукции, чтобы у епархии и приходов были на это деньги. И Церковь, как никто другой, призвана к этому. Потому что Церковь обладает недвижимостью и возможностями, в том числе издательскими, административными и возможностями реализации. Может быть, это единственный в современной России социальный институт, который способен поставить перед собой и решить эту масштабную задачу — сохранение русской книжной культуры в регионах.

Новый тренд православной литературы

— Какую книгу ждет сегодня православный читатель?

— С одной стороны, это церковная классика: Библия, Псалтирь, катехизисы, канонники, молитвословы разных форматов и содержания. Любой молитвослов всегда находится в топе продаж. Своё место занимает и святоотеческая литература — она тоже востребована. Может, не в таких масштабах и объёмах, но тем не менее. Что касается тренда, то, мне кажется, задача современной православной книги — найти ответ на вопрос, как вечные христианские ценности преломляются в современной культуре.

Мне представляется, что этого ждёт современный читатель. В кино на этот вопрос отвечают фильмы «Остров» или «Поп». Это получается и в литературе. Так, книга «Несвятые святые» пробила все мыслимые стены и барьеры. Её общий тираж перевалил за миллион, а число скачиваний в Интернете еще больше. Эта книга доказала, что Россия — читающая страна. Весь вопрос в том, какую книгу предлагают читателю.

Если книга отвечает на глубокие, онтологические вопросы, если это духовный опыт нашего современника, то она продается в России огромными тиражами. «Несвятые святые» находятся в топе и в церковных, и в светских сетях распространения. Книга переведена на английский, греческий, сербский, испанский языки. Да, кто-то считает, что это литература так себе. Спорить не буду, я не литературный критик, но это чрезвычайно увлекательное чтение! Читабельность — одно из свойств современной православной книги. Её хочется читать с удовольствием.

Ещё бы я отметил новый роман Евгения Водолазкина «Лавр». Великолепное, глубокое, многослойное произведение. «Лавр» — пример того, как христианские ценности манифестируются языком современной культуры. Вот такую книгу ждёт современный читатель — сложную, умную, интересную, написанную человеком, который понимает, о чём он говорит. И, конечно, талантливым литературным пером. Кстати, православная проза — самый быстро растущий сегмент рынка. По сравнению с прошлым годом он вырос с 2,7 до 5%. Это романы, рассказы, а среди авторов — архимандрит Тихон (Шевкунов), Олеся Николаева, Александр Торик и многие другие. Это тот сегмент, который отвечает за диалог о современной культуре между Церковью и обществом.

— Каковы тенденции современного книгоиздания и распространения?

— Церковный рынок сегодня замер и практически не развивается. Издательства не растут, их количество не увеличивается, всё стабильно на протяжении последних лет. Но, как на любом рынке, здесь должен идти своеобразный поиск. А развиваться он может через те ниши, которые каждое издательство выберет само. Это можно назвать специализацией. Например, кто-то будет заниматься больше детской литературой, что нашему издательству, по-моему, удаётся, кто-то патристикой, кто-то богослужебной или учебной литературой. Это не значит, что только этим, но в этом они будут лучшими. И вот такое развитие внутри определенных ниш, возможно, даст нам новые шедевры и бестселлеры. Я убежден, что универсальных издательств скоро уже не будет.

Что же касается тенденций в распространении, то наиболее продаваемый сегмент на церковном рынке — это книги по цене 200–300 рублей, как ни парадоксально, они дают самый большой денежный оборот.

Но проблема церковного рынка в том, что основные книги «в поэкземплярных продажах» сосредоточены в сегменте 100 рублей. И это тревожно.

Понятно, что подготовить такую книгу проще, чем наукоемкую книгу. Скажем, Издательство Олега Абышко, или издательство «Индрик», или питерское издательство «Квадривиум» издаёт наукоёмкие книги. Это прекрасные книги, но цена их не может быть 100 рублей. Средний обоснованный тираж таких книг не более двух тысяч. Распространяется на церковном рынке больше года, а то и двух лет. И тут мы опять упираемся в отсутствие церковных книжных магазинов, способных представлять сложно сбалансированный ассортимент от трёх тысяч и более позиций.

Достоинства и перспективы электронной книги

— Как идет освоение электронной книги православными издательствами? Что-то интересное здесь происходит?

— То, что раньше невозможно было сделать в конечной «экономике тиражей», стало возможно с появлением электронной книги. Ведь выгодно издавать было только бестселлеры тиражом 20–30 тысяч. А электронная книга позволяет заниматься теми авторами, которые раньше не могли напечатать свои произведения в бумажном формате из-за низкого спроса. Плюс быстрота поиска, удобство хранения. Тут не нужны склады, огромное количество грузовиков, продавцов, кассовых аппаратов, грузчиков и кладовщиков. Рынок бумажной книги, видимо, неизбежно будет двигаться в сторону электронной книги. Потому что её экономика существенно дешевле.

Но это не значит, что она вытеснит окончательно бумажную книгу. Потому что бумажная книга — это сложная субстанция, с которой не сравнятся салфетки или памперсы. За ней стоят человеческая жизнь и судьба. Она носитель человеческой мысли и хочет владеть человеком, пространством, временем, хочет преодолевать века.

Поэтому я думаю, что останутся только те издательства, которые способны создать две редакции — электронной книги и бумажной. Их параллельное существование — это сегодняшняя норма. Очевидно, у электронной книги свои производители. Если сейчас в книгоиздательском бизнесе работают люди с полиграфическим образованием, то у электронной книги будут те, кто окончил, возможно, физтех или мехмат и т.п. Потому что вёрстка, редактура и система дистрибьюции связаны с электронными технологиями. Эпоха Гуттенберга, когда все стали издателями, меняется на эпоху электронной книги, когда все не только издатели, но и читатели, писатели, причем в одном лице. Но электронная победит, потому что экономика её в десять раз дешевле.

Но самое главное, я думаю, достоинство электронной книги будет в том, что рано или поздно для потребителей электронная книга будет бесплатной. Эпоха принципа копирайта заканчивается. Нужны иные правовые модели издательско-писательских отношений.

Но писатель и издатель не умрут от голода. Потому что им за книгу будет платить заказчик. Представьте себе, что есть некое сообщество людей, которые по каким-либо причинам заинтересованы в том, чтобы их идеи распространялись по возможности максимально широко. Например, религиозное сообщество заинтересовано, чтобы идеи, которыми оно обладает, были доступны всем. Оно заинтересовано, чтобы цена доступа была минимальной. Это не значит, что контент бесплатный, но потребитель платить ничего не будет. Так, за распространяемую Библию будет платить Церковь. Доступ у читателя будет бесплатный, и это совсем другая экономика. Нас ждёт неминуемая смена экономической модели, построенной на тиражности и конечности ресурсов и бизнес-процессов связанных с ней, моделью бумагосберегающей. И это обусловлено сменой модели технологической.

— Как будет решаться вопрос с авторскими правами?

— С авторскими правами вопрос будет решаться так же, как он решается в мире научных публикаций. Достаточно напечатать статью в «правильном журнале», и твоё авторство больше не оспаривается. Вот с таким взглядом на авторство вопрос давно и надежно решён. Никто ведь не оспаривает авторство законов Ньютона! Авторство извечно будет принадлежать только ему, а вот его мысли будут принадлежать ВСЕМ и БЕСПЛАТНО. Точно так же дело обстоит и с современными работами в любой области. Никто не платит бесконечно автору текстов по физике, химии или математике за перепечатку. На них просто ссылаются, подчеркивая тем самым их авторство.

Мы стоим на пороге смены эпох. Это не только смена технологической модели, но и смена привычных бизнес-моделей и, как следствие, бизнес-поведения и бизнес-мышления. Юридические аспекты как часть уходящей модели тоже будут неизбежно пересмотрены. Меняется сам источник оплаты за писательский и издательский труд. Если раньше это был подписчик или читатели, то в мире «цифры» этим источником, скорее всего, могут стать другие интересанты. Например: министерство культуры, или образования, или РЖД, или Московская Патриархия. Они просто хотят, что бы их идеи или образ жизни владели умами, они просто хотят влияния на социум в самом широком смысле. Информация в современном мире перестаёт быть эксклюзивом и больше не обладает свойством конечности (тиражности). А это с неизбежностью порождает её доступность-бесплатность. Возьмите хотя бы судьбу газеты «Церковный вестник». Она живёт в цифре. Она всем и всегда доступна, причем любой номер. Она никогда не кончается. И она БЕСПЛАТНА! Что касается магазина электронной книги Издательства Московской Патриархии, то книги мы постепенно оцифровываем, через какое-то время откроем на сайте электронную библиотеку. Часть книг будет для бесплатного скачивания. Наши книги есть на «ЛитРесе», мы с ними сотрудничаем.

— Какой, на ваш взгляд, может быть реклама православной книги?

— Это реклама в СМИ. Например, мы постоянно даём рекламу своих новинок в «Журнале Московской Патриархии», на нашем сайте и в Интернете (например, видеоролик о какой-то книге). Но я думаю, что реклама сегодняшнего дня — это работа с социальными сетями. С теми читательскими аудиториями, которые сформировались объективно, как группы читательских интересов. Реклама «впрямую» уже не нужна. Нужно просто организовывать с ними большой, профессиональный разговор о книге. Примерно такой читательский клуб создан у нас на Погодинской, 18, в книжном магазине. Нашелся человек, увлеченный этой темой, — Жанна Григорьева. И она организует встречи читателей с авторами, причем часто это священники. И вокруг книги происходит серьёзный культурный разговор. Не только о книге, но и о церковных проблемах, отраженных в книгах. Причём священник интересен и как автор, и как пастырь, такое совмещение даёт потрясающий результат. Есть священники очень талантливые писатели. Они интересны и как личности, а такие встречи с ними можно сделать только на площадках.

Беседовал Алексей Ордынский,
фото Алексея Реутского


18.03.2014 10:03/читать дальше...
Православной прозе нужен новый герой 

Сегодня книжная отрасль, как и вся экономика страны переживает кризис. Продолжает сокращаться число книжных магазинов, количество впервые изданных книг замерло на отметке 120 тысяч в год, сокращаются тиражи. Эксперты отмечают прирост прибыли издательств, но списывают это на повышение цен. Согласно опросам ВЦИОМ доля нечитающего населения увеличивается в России на два процента ежегодно. Стагнация наблюдается и на рынке православной литературы. Уже несколько лет число новых изданий составляет 2,5 процента от всего объёма вновь изданной светской литературы, не появляются и новые магазины духовной литературы. Есть ли потенциал для роста в сегменте духовной литературы, каким образом его можно раскрыть, какие проблемы для этого необходимо решить рассказывает Начальник отдела реализации Издательства Московской Патриархии Андрей Осипов.

ПРОГРАММА «20 КНИЖНЫХ» КАК «200 ХРАМОВ»

Андрей Владимирович, два года назад одной из ключевых проблем системы распространения православной литературы вы назвали отсутствие в стране церковной сети распространения, в которой было бы представлено максимальное количество издаваемых книг. Что-то изменилось за прошедшее время, были попытки создания такой сети?

20 книжных-2

К сожалению, ничего кардинально в этом вопросе не изменилось, хотя потребность создания в стране церковной сети распространения литературы сегодня актуальна как никогда и обсуждается как в профессиональных издательских кругах, так и в Издательском Совете Русской Православной Церкви. По крайней мере рабочие группы по этому вопросу создаются. Однако, я не знаю ни одного магазина необходимого стандарта, который был бы открыт за последние два года в регионах.

Повторюсь, система распространения православной литературы сегодня требует создания сети современных книжных магазинов далеко уходящих от формата церковной лавки. У таких книжных более широкая задача, они должны стать своего рода духовно-просветительскими центрами, местом встречи читателей с авторами и издателями. В таких книжных можно проводить беседы, лекции по актуальным духовным проблемам, проводить экспертные круглые столы. Более того, такие магазины могут стать центрами современного церковного искусства /творчества: в них можно делать выставки, например, детского рисунка и фотографии, которые отражают красоту Божьего мира. Потребность в таких площадках есть.

Опыт показывает, что с технической стороны современный книжный магазин духовной литературы должен отвечать нескольким требованиям. Первое, магазин должен находиться за церковной оградой, либо выходить из неё фасадом с дверью, так, чтобы можно было зайти в него минуя территорию храма. Дело в том, что есть люди, которые просто стесняются зайти на территорию храма.

Второе, на полках магазина должны быть представлены все новинки (порядка 3000 книг, именно столько ежегодно «грифуется» Издательским Советом Русской Православной Церкви), плюс ассортимент книг, пользующихся стабильным спросом. Размещение такого объёма книг определяет требования к торговому залу: его площадь, в идеале, должна быть не менее 250 кв. метров. Сегодня, несмотря на стремительное распространение электронных книг, основным каналом доступа к книге по-прежнему остаётся книжный магазин, и потому важно обеспечить устойчивость и хорошую проводимость этого канала.

Магазин должен быть оснащён современным торговым оборудованием, программным обеспечением, своей рекламой, учётом, аналитикой, обратной связью, и, конечно, квалифицированным персоналом. Значительным достижением для нашей отрасли стало бы проведение ежегодных встреч представителей таких духовно-просветительских центров-магазинов, где специалисты могли бы обмениваться информацией и опытом, представлять итоги своей работы и обсуждать проблемы и тенденции развития рынка.

Третье требование к современному книжному магазину — это обязательное наличие парковки. Для того чтобы магазин стал местом встречи и досуга люди должны иметь возможность приезжать с детьми, семьями и свободно общаться.

И четвёртое, самое важное — такой центр должен быть самоокупаем.

На мой взгляд, если в нашей отрасли нет таких магазинов, нет и смысла говорить о росте интереса к чтению и книгоизданию. Такие центры-магазины призваны стать местом притяжения и профессионального роста для людей неравнодушных, для которых работа — это служение делу жизни. Такие сотрудники не оставят без внимания просьбы читателей: подберут нужные книги, дадут совет. С другой стороны, читатель духовной литературы (в том числе мало знакомый с данным направлением литературы) сможет получить консультации о книгах и авторах, оказаться в общем процессе обсуждения насущных проблем, и в итоге породниться с духовной литературой, стать просвещённым человеком.

Само собой всё это не произойдет. Дело в том, что повсеместно распространённые сегодня церковные лавки имеют узкий формат, не пригодный для представления всей полноты ассортимента православной литературы. У церковных лавок своя локальная задача — продавать молитвословы, акафисты, Закон Божий, Библию, популярные катехизаторские недорогие брошюры, общим числом 100–150 наименований. Книжный магазин духовной литературы и церковная лавка — это совершенно разные вещи, у них разные задачи, и в Издательском Совете Русской Православной Церкви это понимание есть.

Кроме того, в рамках церковной лавки невозможно решить ещё одну важнейшую задачу — задачу создания профессиональной среды в отрасли. Открытие полноценных книжных магазинов спровоцирует консолидацию профессиональной среды, а возникнув, эта среда сама себя начнёт развивать. Квалифицированные, неравнодушные сотрудники будут заинтересованы, чтобы полки магазина были полными, чтобы покупатель приходил снова и снова. Профессиональное сообщество начнёт заниматься продвижением книги и создавать особую атмосферу любви к чтению, к книге как таковой уже внутри самого магазина. И таким образом будет происходить развитие. Без системы книгораспространения, на которую можно опереться в регионах — без духовно-просветительских центров — ничего не получится. И тут без особого внимания Церкви к проблеме не обойтись. Мне кажется, что создание стандартизованных книжных магазинов — хотя бы по одному в каждом регионе, где был бы представлен весь ассортимент православной книги — это задача внутренней церковной политики. Почему бы не объявить, как это было с программой «200 храмов», что Церковь начинает программу «20 книжных», по которой, будет создано по два магазина, читай духовно-просветительских центра, в каждом Федеральном округе? А чтобы новая программа имела под собой прочную платформу, хорошо бы внести в Социальную концепцию Церкви такие понятия как «правила книгораспространения», «духовно-просветительский центр», «культурный капитал специалистов». И всю работу, связанную с изданием и распространением книги в Церкви, предлагаю назвать социо-культурным служением и тоже внести в Социальную концепцию. Поскольку все специалисты занятые этим благородным делом, являют собой культурный капитал Церкви.

На уровне Москвы такая система распространения создана?

Да, отчасти создана. Но Москва в этом смысле не показатель для России. В Москве есть Сретенский монастырь со своим магазином, есть два магазина нашего Издательства, в одном из которых — на Погодинской, 18, проходят встречи авторов с читателями. Есть магазин при Благовещенском храме у отца Дмитрия Смирнова, магазин «Православное слово» на Пятницкой.

Кроме того, у нас много храмов, где церковные лавки по своей площади и наполненности становятся полноценными книжными магазинами. Например, Всехсвятский храм на Соколе — его лавка выходит на проезжую часть, там открытое пространство для доступа к книгам, и лавку уже можно назвать магазином. То есть в Москве вопрос развития системы распространения духовной литературы отчасти решается на приходском уровне.

В нашем Издательстве, наряду с классическими магазинами, есть интернет-магазин, сервис «Книга почтой», магазины при часовнях на вокзалах столицы. Мы также взаимодействуем со всеми регионами от Калининграда до Камчатки, непосредственно с епархиальными складами. Опыт работы показывает, что у регионов одна и та же проблема — как быстро донести книгу до широкого читателя, живи он в Калининграде или Петропавловске-Камчатском. Из Москвы до епархиального склада книга дойдёт, а вот дальше?

ЧЕМУ УЧИТЬСЯ У СВЕТСКОЙ ТОРГОВЛИ?

Чему мы могли бы поучиться у светской системы распространения? Можно ли использовать пространство её магазинов для продвижения нашей духовной литературы? Ведь есть православные издательства, которые устраивают в Библио-Глобусе встречи своих авторов с читателями.

Я думаю, в принципе, такие встречи не проблема, о чём и говорит ваш пример. Дело в том, что для использования пространства светских магазинов для продвижения духовно-просветительской литературы необходимо преодолеть определённый разрыв: авторы, представленные в наших магазинах должны быть представлены и в светских магазинах. Книги рубрики «духовно-просветительская литература» должны в широком ассортименте стоять на полках светского магазина. Представьте ситуацию: вы хотите провести в «мирском» книжном магазине вечер с отцом Андреем Ткачевым, а директор спросит: Кто это, что он написал? Для преодоления этого разрыва нужны совместные проекты нашей сети распространения и светской. Объединённые усилия, безусловно, дадут результат, но для этого православные издательства должны создать продукт, который будет интересен и светским сетям. Позитивные примеры есть — у «Лепты» и «Никеи» это, отчасти, получается.

Издательство Московской Патриархии тоже старается сотрудничать со светскими структурами, в частности, мы приезжаем на книжные выставки в регионы. В 2015 году у нас было более 50-ти таких книжных выставок по всей стране. Нас в этом процессе интересует география распространения книг нашего Издательства. Участвуя в выставках, мы можем рассказать об авторах, пишущих о вере. В регионах на встречу с книгой приходит много читателей — и в Екатеринбурге, и в Волгограде, и в Нижнем Новгороде, и в Новосибирске, и в других городах. Экономический эффект от работы на выставке нашего выездного магазина не очень высокий, здесь задачи другие — представительская функция, просвещение, реклама.

Но возвращаясь к вопросу — чему поучиться у светской сети распространения книг, отмечу сервисную составляющую. Это прежде всего техничность и реактивность светских торговых сетей: своевременные рассылки новостей, оповещения, приглашения, информация о выходе новинок, когда за неделю до появления книги в магазине людям на почту приходит сообщение «скоро в продаже», предоставление скидок и сервисов. Мы тоже стараемся развиваться в этом направлении, но это бесконечный процесс.

Кроме того, мирская система книгоиздания и книгораспространения включена в отлаженную отраслевую структуру, где представители профильных организаций (Минкультуры, Книжной палаты, издательств, руководителей розничных сетей и широкого круга экспертов) регулярно собираются, обсуждают Ежегодный отраслевой доклад, проблемы и перспективы развития отрасли, ситуацию на рынке. Нечто аналогичное происходит у нас на Рождественских чтениях, но масштаб намного скромнее. И, что греха таить, профессионалов среди церковной системы распространения литературы очень мало. Они появятся тогда, когда появится профессиональная среда. С развитием системы распространения по всей стране найдутся люди, для которых книжное дело является делом всей жизни и формой служения Богу.

Какую роль вы отводите в решении проблемы распространения книг социальным сетям?

Социальные сети могли бы сыграть очень большую роль в развитии системы распространения духовно-просветительской литературы. В этой сфере ещё одна наша потенциальная точка роста. К сожалению, в нашей системе книгораспространения социальные сети задействованы минимально, мы с ними практически не работаем. Социальные сети — хороший канал информации, это живой, человеческий формат. Мы видим, что люди группируются в сетях по интересам, можно создать аккаунты в сетях и общаться, выкладывать новости и комментарии о книгах, но для развития этого направления нам не хватает кадров.

КРИТИКА КАК ДВИГАТЕЛЬ ТОРГОВЛИ

Повысить интерес к духовно-просветительской литературе за церковной оградой мог бы правильно организованный институт литературной критики. Представим такую ситуацию: выходит книга и тут же выходит критическая статья о ней, где даётся анализ содержания с учётом интересных для Церкви тенденций. Ожидаемая критика должна быть влиятельна в том смысле, что она может поднять продажи книги. Критика — это инструмент продвижения книг во всём мире, но она должна быть талантливой и актуальной. В таком случае, событием становится не только книга, но и сама критика — авторитетные комментарии, оценки, компетентные замечания. Читатели следят за информацией, окутывающей книгу. К примеру, сегодня в мире архитектуры и искусства у нас есть талантливые люди, создавшие вокруг себя интеллектуальную среду, налаживающие связь между произведением и потребителем.

В сфере церковных книг что-то подобное есть, например, в Издательском Совете происходит рецензирование книг, но это закрытая система оценки, её задача — присвоение грифа. А критик всё же общается и формирует читательскую и издательскую среду. Периодически качественные критические статьи и комментарии можно найти на сайте Богослов.ру, Православие.ру, в программах радио «Вера», но какой-то системной площадки для критики — обзорной, интеллектуальной, интересной у нас в отрасли пока не сложилось. В нашей Церкви, безусловно, есть священники, погружённые одновременно и в приходскую, и в издательскую проблематику, способные дать ёмкую, многостороннюю оценку книжных новинок, заострить внимание на авторских находках и предложениях нетривиального преодоления жизненных невзгод. Трудность в том, что эти люди очень загружены.

Какие ещё ключевые проблемы системы распространения православной литературы вы видите?

Я бы ответил вопросом на вопрос: почему за последние годы не появилось ни одного православного книжного издательства (под таковым понимается издательство, издающее хотя бы одну книгу в месяц)? Последнее открылось около 10 лет назад. Потому что все ниши рынка уже заняты существующими издательствами? Нет, не в этом дело. Просто издательский рынок православной литературы не развивается. Он не получает внешних инвестиций в виде государственного и частного финансирования проектов/заказов, а внутри рынка не достаточно средств для развития и поиска новых решений из-за неразвитой системы распространения и недостаточной популяризации духовной литературы, как мы уже говорили выше.

В такой ситуации крупный инфраструктурный проект решит многие вопросы. И тогда появятся новые издательства, в первую очередь на периферии. Сегодня регионы может и рады были бы издавать (где-то в Ростове-на-Дону, например) свои новинки, но там их негде продавать. Авторы из регионов должны привезти свои книги в Москву, а уже потом одна из сетей распространения двинет их книги на Сахалин и в Челябинск.

В сфере распространения духовной литературы очевидна потребность роста. Учитывая тот факт, что книжные магазины на светском рынке, в частности в Москве, имеют тенденцию к сокращению, Церковь могла бы организовать обратный процесс — открытие и развитие книжных магазинов по всей стране. Это был бы отличный культурный контртренд. Везде всё закрывается, а Церковь книжную культуру сохраняет и развивает.

МУЗЕЙ РУССКОЙ ПЕЧАТНОЙ КНИГИ

И ещё один консенсусный социо-культурный проект, который могла бы инициировать Русская Православная Церковь. Это проект возрождения в Москве Музея Русской печатной книги. Когда-то такой музей был на Никольской улице в Палатах XVII века бывшего Государева Печатного Двора. Там в былые времена, кроме собственно издательства, существовала книжная лавка, в которой князь Пожарский покупал книги, это известный факт. Сейчас конфликтная ситуация с собственником здания разрешилась и представляется реальная возможность совместно с реставрационным сообществом, с сообществом музейным, с Правительством Москвы, общественностью и Русской Православной Церковью этот Музей Русской печатной книги воссоздать. И назвать его, например, в честь первопечатника Ивана Фёдорова.

Издательство Московской Патриархии, как прямой наследник дела Печатного двора, могло бы возглавить Попечительский совет нового музея, и координировать усилия Синодального отдела «Патриаршего совета по культуре» (Комиссии по взаимодействию Русской Православной Церкви с музейным сообществом), который эту идею бы возродил.

Это был бы культурно-просветительский проект, где была бы заявлена роль Церкви в общественно-культурном процессе. Полагаю, что в этом проекте нашлось бы место и вопросу о роли старообрядцев в книгоиздании.

В помещении Музея Русской печатной книги Патриарх вручал бы Литературные премии. Там можно было бы проводить Рождественские чтения, круглые столы, конференции. Учитывая что у нас есть музей шоколада, стекла и даже водки, может быть пришло время открыть Музей Русской печатной книги? Лично для меня, школа и традиции русского книгоиздания — безусловное общенациональное культурное наследие, которое актуально, и имеет продолжение в наши дни.

СТРУКТУРА СПРОСА В УСЛОВИЯХ КРИЗИСА

Как изменился спрос на православную книгу в связи с кризисом?

Посмотрим, что будет по итогам 2016 года. Как ни странно, в 2015 году спрос на наши книги не упал, он сохранился на уровне предыдущего года. Точнее, если оценивать продажи книг в экземплярах, в 2015 году наше Издательство реализовало то же количество книг, что и в 2014 году. Структура продаж осталась без значительных изменений, при этом зафиксировано резкое падание спроса на книги дороже 400 рублей.

На какие же позиции спрос сохранился, а на какие снизился?

Издательство Московской Патриархии имеет ярко выраженную специфику. Наша прямая задача — выпуск богослужебных книг и календарно-богослужебных изданий. Не удивительно, что издания этих рубрик составляют устойчивое ядро и лидируют в нашем списке продаж. Стабильный спрос сохраняется на молитвословы, Библию и Евангелие для мирян. К слову, Библии продаётся у нас порядка 10 000 экземпляров в год. Причём полная Библия продается лучше и больше, чем отдельно Евангелие.

Ещё одна популярная рубрика — детская духовная литература. Книги этой рубрики составляют 10–15 процентов продаж. На мой взгляд, такая востребованность объясняется тем, что детская книга — самая доступная, а главное, малобюджетная форма досуга мамы и ребёнка. Досадно, что ассортимент детской православной книги растёт мало. Особенно стоит выделить Детскую Библию нашего Издательства. Она продаётся стабильно хорошо, и это не случайность. Детская Библия — гордость нашего Издательства. На мой взгляд, это образец того, с какой любовью и профессионализмом можно сделать книгу.

Что касается православной прозы, на неё спрос упал. «Несвятые святые» в своё время прорвали все блокады и плотины, и книга пошла к массовому читателю, формируя в обществе интерес к православной прозе. Это прогнозировалось, чувствовалось, что где-то есть напряжение и ожидание чего-то нового, которые были созданы не «Святыми», а скорей всего книгами Юлии Вознесенской. Было понятно, что в этой тематике что-то есть, какой-то потенциал (по словам епископа Егорьевского Тихона, общий тираж его бестселлера к концу 2015 года составил 2 млн экземпляров и был издан в 16 странах Европы и Америки). Вслед за «Несвятыми святыми» православная проза пошла на светский рынок, и это длилось два года. Но теперь из всей «зелёной серии» (серия книг, оформленных в стиле книги «Несвятые святые». — Прим. ред.), продаётся только одна — самая первая. А всё остальное «умерло». Чем это объяснить? Нет проблематики, нет героев, не хватает таланта авторов.

Андрей Владимирович, а что Вы сами читаете в последнее время?

За многие годы работы на книжном рынке у меня сложился свой подход к чтению. Обычно я читаю одновременно 3–5 книг, и это книги из профессиональной области (книги по управлению, маркетингу, экономике). Обязательно новинки книжного рынка (в том числе лауреаты книжных литературных премий) и книги посвящённые истории Русской Церкви и истории старообрядчества. Я с большим интересом слежу за творчеством Е. Водолазкина, А. Иванова, З. Прилепина, В. Шарова и ряда других авторов. Считаю, что сегодня в русской литературе есть Авторы с большой буквы! И я рад, что нередко героями романов этих авторов являются люди веры! Это значит, что идёт напряжённый поиск путей проживания судеб России в соответствии с христианскими ценностями.

Беседовал Алексей Реутский 

СПРАВКА

В России ежегодно выходит 120 тыс. вновь изданных книг (в 2012 г. издано 116,8 тыс. наименований). От этого количества книги православных издательств составляют всего лишь 2,5 % (3000 наименований). Ежегодно на прилавках Издательства Московской Патриархии продаётся 7 тыс. позиций, в год оно издает 150 новых книг. Максимальный тираж Библии сегодня составляет 30 тыс. экземпляров, молитвословов — 10–15 тыс., богослужебной литературы (Типиконы, Октоихи и др.) — 5 тыс. Сейчас в стране порядка 50 стабильно работающих православных издательств, 90 % их находится в Москве. Количество книжных магазинов в Москве с 2014 по 2015 г. сократилось с 226 до 199, а в России за последние двадцать лет — больше чем в восемь раз. Сегодня в целом на 145 млн населения страны приходится около 1000 книжных магазинов 

 

Сокращённый вариант интервью смотрите в ЖМП за июль 2016 г.: http://jmp.ru/the_2016.pdf


19.09.2016 09:52/читать дальше...
Разделы статей
x
Оставить заявку
Имя
Фамилия
Email
Сообщение